В Литературном музее им.П.А.Ойунского продолжается проект «Дружба литератур – дружба народов»

Он охватывает литераторов разных стран, времен и народов, прежде всего дружбу русских писателей и якутских, живущих на севере. А также интересные и значительные события в культуре республики и других регионов.

Дружба эта началась с давних пор, еще со времен Сибирской экспедиции, когда начали снаряжаться экспедиции для изучения северного края и ссылали в далекий якутский край неугодных из центра России. В это время здесь уже жили православные священники, которые пришли сюда, чтобы крестить местных жителей и принесли с собой православную Веру, что хорошо сказалось на крае в целом.

Сосланные декабристы, литераторы и другие, несмотря на особенно тяжелые для них условия, изучали наш край, его народы, быт, культуру, со временем сблизились, подружились с местными и  оставили ценные воспоминания, свои работы.

В более близкое для нас время немало тех, кто жил, работал на Севере, в Сибири, или побывал и написал о Якутии. Все это позволяет больше узнать о Севере, большой части нашей огромной страны. Знание ведет к пониманию, а это – к дружбе.

А дружба между народами, особенно сейчас, просто необходима, чтобы уберечь мир от пагубных разрушений, войн.

И мы будем рассказывать об этих людях.

 

Семен Михайлович Гончаров

 

Известный скульптор, поэт, художник.  В 1963 году приезжал в Якутию, и она оставила глубокий след в его жизни. Его покорила природа Якутии, прежде всего река Лена: «Есть что-то в Лене о мечты», она – «мечта поэта», поэт «онемел от чуда», «Великий Ганг по сравнению с этой рекой просто ребенок».

Поэт полюбил трудолюбивый, талантливый якутский народ, восхищался его самобытным национальным искусством. Он пишет: «Искусство их не может не вызывать изумления простотой форм и сюжетов. Корни этого искусства уходят глубоко в народное, чисто национальное творчество». В другом стихотворении мы читаем: «Но взгляните: это чудо – мой чумазый туесок. Как он вырезан, как сделан, как он сшит…» («Подарок»).

Якутские старатели подарили Гончарову породу, несущую в себе алмаз, — кимберлит. И он вырезал из него того, кто добывает алмазы, — старателя.

На берегу Лены Гончаров нашел камень, «на котором просматривалось изображение женщины». Из этого «самого обыкновенно песчаника» он вырезал фигуру, которую назвал «Леной».

Поэт пишет: «Искусство – это язык времени, который должен быть понятен всем людям, независимо от национальности».

Вот одни из его стихотворений:

 

Подарок

 

В том краю,

Где по-горильи

В Лену входят две горы,

Туесок мне подарили

Из березовой коры.

Он не броский

И не яркий,

Стоит,

Может быть, гроши…

Но подарок.

А подарки

Хороши, коль от души.

Примитивная посуда,

Бросовой коры кусок,

Но взгляните:

Это чудо-

Мой чумазый туесок!

Как он сделан,

Как он сшит –

Смотри сюда!

Ну и мастер,

Видно пел он

В час волшебного труда.

В этой песне

Славил, видно,

Парень реки и тайгу.

Вещь как вещь,

А мне завидно –

Насмотреться не могу,

Потому что ясно сразу:

Эту песню пел якут.

В ней рубины и алмазы

Душ,

Которым дорог труд!

1963.

 

Лена

 

Вырос я на станице Абинской.

Называется она так,

Потому что расположилась

На берегах горной реки Абинки.

Для меня,

Как и для моих сверстников,

Не было другой,

Грозней и величественней

Реки,

Чем наша Абинка.

Попозже,

Когда я подрос

И увидел Кубань,

Я был потрясен этой

По-настоящему многоводной рекой.

А потом я увидел Волгу,

Побывал на берегах Ганга –

И понял,

Что наступил предел

Моему удивлению реками.

Но я ошибся.

Потому что и это мое удивление

На этот раз

Оказалось не завершающим.

Однажды мне

Пришлось

Поехать в Якутию.

Я никогда не бывал в этих краях,

Поэтому, отложив все дела,

С радостью согласился.

Вряд ли кто-нибудь из вас

Не слышал

О сказочных косторезах Якутии.

Искусство их

Не может не вызывать изумления

Своей простотой форм и сюжетов.

Корни этого искусства

Уходят в глубоко народное,

Чисто национальное творчество…

Когда я увидел реку Лену,

То онемел от чуда.

Солнце

Только появилось на горизонте.

Огромное, торжественное,

Оно по-шаманьи

Беззвучно приплясывало

Над бесконечным водным пространством.

Противоположного берега

видно не было…

Великий Ганг

По сравнению с этой русской рекой

Просто ребенок.

А когда я столкнулся

С наскальными рисунками

На берегу Лены,

Я подумал,

Что это не просто рисунки людей,

Живших за тысячи лет

До нашего появления,

А это их письма к нам,

Это их рассказы,

Обращенные к нам —

О том, что мы еще до конца расшифровать

Пока еще не сумели,

Нам не ясно даже еще,

Что это за красная краска,

Которой они пользовались?

Не выгорела эта краска

Под беспощадным солнцем Якутии.

Не была смыта она

Протоками ливней,

Не выветрена ветрами.

Что же это краска такая,

Если в тех местах,

Где ее соскабливали

Неумные руки,

Она появлялась вновь

С течением времени.

Упрямо продолжая нам

И нашим потомкам

Свое полное тайн повествование!

Как выглядели они,

Эти люди древней Якутии?

На берегу Лены

Я открыл для себя истину:

Не удивляясь,

Нельзя создать ничего удивительного

Удивительное –

Это концентрат вечности.

Искусство должно быть, прежде всего,

Удивительным

Своей неповторимостью,

Естественностью.

Разве это скульптура,

Если ее можно скопировать?

Искусство – это язык времени,

Который должен быть понятен

Всем людям,

Независимо от национальности.

Всем, даже тем,

Кто еще не пришел дышать воздухом

Под это полное голубизны

И детского удивления небо.

Камень,

Который я подобрал на берегу Лены, —

Это искусство веков,

А не моих рук умение,

Серый

С очень выраженными слоями,

Этот камень

Был положен природой так,

Чтобы мимо него пройти

Было невозможно.

Холодный

Холодом вечности,

С дырочкой у самого края,

Он удивлял меня тем,

Что на нем просматривалось

Изображение женщины.

Все собрались вокруг меня,

Рассматривая находку,

И улыбались,

Потому что думали –

Гость шутит.

А я удивлялся опять,

Но на этот раз тому,

Что мои товарищи упорно

Отказываются рассмотреть то,

Что так гармонично

И неповторимо

Изображено водой и ветрами,

Солнцем и холодом

В, казалось бы,
самом обыкновенном камне.

— Смотрите, смотрите сюда.

Следите за моим пальцем! –

Говорил я почти с раздражением.

И вдруг наступило прозрение,

Мои товарищи увидели

То изображение,

Над которым впоследствии

Мне почти не пришлось работать.

Это была фигура женщины,

Древней якутки.

И кто-то сказал:

— О, да на ней даже

Наш древнеякутский головной убор! –

А кто-то добавил:

— Не может быть,

Что это просто камень!..

Здесь поработала рука нашего предка.

Это надо в музей. –

Добавил он в заключение.

 

Я взял осторожно

Из рук парня свой камень

И, не торопясь,

Положил его в дорожную сумку.

— Бросьте дурить, —

Сказал я ему.-

Это самый обыкновенный песчаник.

Здесь резцом пройтись нужно…-

Этот камень

Впоследствии я назвал «Леной».

Материал подготовила А.И.Гоголева,

старший научный сотрудник

Литературного музея им.П.А.Ойунского