Недавно отметил свой День рождения Иван Иванович Иннокентьев – прозаик, драматург, журналист, сказочник.

Иван Иванович Иннокентьев  родился 21 марта 1957 г. в с. Кобяй Кобяйского районаЯкутской АССР в семье служащего. Окончил отделение журналистики Иркутского госуниверситета. Прозаик и драматург. Член Союза писателей России с 1992 г. Член Союза журналистов и Союза театральных деятелей России. Пишет на русском языке. Долгие годы проработал заместителем главного редактора литературно-художественного журнала «Полярная Звезда».

Первые стихи И. Иннокентьева появились на страницах районной печати еще в  школьные годы – в 1970 г. Первая большая подборка рассказов увидела свет в 1987 г. в журнале “Полярная звезда” и получила положительный отклик в “Литературной газете” (1988 г.). Автор 12 книг прозы и драматургических произведений. Печатался также на страницах журналов «Роман-журнал. XXI век», «Аврора», «Северные просторы», «Дружба народов», «Слово Забайкалья», «Новый Енисейский литератор», «Мир женщины», «Родная Ладога»,  «Литературной газеты», «Литературной России», «Общеписательской Литературной газеты». Отдельные произведения писателя опубликованы на болгарском и французском языках.

            Повести и рассказы, драматургические произведения и сказки писателя отличаются лаконичностью, глубоким психологизмом. Как отмечает известный литературный критик, доктор филологических наук З. Башарина, “в рассказах волнующие писателя философские, моральные проблемы воплощаются в резко очерченных, обобщенно-символических образах… Хочется особо отметить, что И. Иннокентьев и в прозе, и в драматургии отстаивает право художника на свободный творческий поиск”.

            По пьесам И. Иннокентьева поставлены спектакли в Саха Академическом театре им. П. А. Ойунского, Русском Академическом театре им. А. С. Пушкина, Нюрбинском  драматическом театре, Театре юного зрителя, Нерюнгринском  театре актера и куклы.

            Широк диапазон творческих интересов И. Иннокентьева и как переводчика. На русский язык им переведены фантастические новеллы юкагирского писателя Н.Курилова,

повесть якутского прозаика  П. Аввакумова «Единожды потеряв», отдельные произведения  якутских писателей Т.Сметанина, С. Тарасова, Д.Федорова – Дмитрия Таас,  С. Попова – Сэмэна Тумата, О. Корякиной – Умсууры, эвенской писательницы М.Федотовой – Нулгынэт и  других.           

            И.Иннокентьевым отредактировано и подготовлено к печати свыше 40 книг, выпущенных на русском языке в серии «Писатели Земли Олонхо», в том числе произведения классиков якутской литературы, народных писателей республики. Также им отредактировано 4 сборника «Поэтические голоса России», куда вошли лучшие образцы произведений ведущих поэтов страны.

            И. И. Иннокентьев Указом Президента РФ В.В. Путина удостоен государственной награды – медали Пушкина. Заслуженный работник культуры РС(Я). Лауреат Большой литературной премии России. Обладатель Гранта Президента республики в области театрального искусства, лауреат I премий Республиканских конкурсов драматургических произведений, посвященных  110-летию И.Е. Винокурова (2006 г.) и 125-летию А.И.Софронова – Алампа (2011 г.).

Награжден Знаком отличия РС(Я) «Гражданская доблесть», Почётной Грамотой Государственного Собрания (Ил Тумэн) РС(Я),  Благодарностью вице-президента РС(Я), Дипломом «Золотой фонд прессы» (2008 г.), юбилейной медалью ФНРП «100 лет профсоюзам России», медалью Министерства образования РС(Я) «За доброе сердце и профессионализм»,  наградными знаками «Отличник культуры РС(Я)», «Отличник  печати РС(Я)», «За вклад в журналистику», «За вклад в развитие национального книгоиздания», серебряным знаком «60 лет «Полярной звезде»».

            Произведения:        

Куст, который грел: Повесть, рассказы, сказки. – Якутск: Кн. изд-во,1990.—110 с.

Некто и Некий: Повести, пьесы, рассказы. – Якутск: Бичик, 1994. – 176 с.

Проклятые воители: Повести, пьесы, рассказы. – Якутск: Бичик, 2001. – 288 с.

Свинцовая пушинка:Сказки, пьесы-сказки. – Якутск:Бичик, 2005. – 72 с.

Древо: Рассказы. – Якутск: Бичик, 2007. – 304 с.

Колодезь Познания: Пьесы. – Якутск: Бичик, 2012. – 282 с.

Тайна: Рассказы. – Якутск: Бичик, 2014. – 218 с.

Тамбур Тутанхамона: Рассказы, повесть, пьеса. – Якутск: Бичик, 2015. – 110 с.

Ничей: Рассказы. – Якутск: Изд-во АУ РС(Я) «Сахапечать», 2015. – 96 с.

Жизнь и приключения Ваньки Быкова на Говорящей Горе: Повесть в рассказах. – Якутск: Бичик, 2016. – 80 с.

Малое избранное: Избранные произведения. – Якутск: Бичик, 2017. – 430 с.

Всё видно с Небес… Роман, том первый. – Якутск: Бичик, 2019. – 64 с.

Валентина Чусовская

«Писать я начал еще неграмотным…»

Откуда берутся добрые сказки? Может быть, их сочинители видят мир в розовом свете? Сказки Ивана Иннокентьева живут параллельно с его антиутопическими повестями, и автора их никак нельзя назвать человеком наивным, не видящим темных сторон реальной действительности. Проза Иннокентьева пронизана болью. Нежная, ранимая душа его героев еще не очерствела, но и не нашла гармонии с миром, человек в его творчестве мучительно остро воспринимает несовершенство мира и свое собственное. Эпиграфом к повести «Некто и Некий» Иван Иннокентьев ставит строчки из «Человека без кожи» Ива Кубе: «В те же края и с теми же лоцманами мы соберемся в известный путь…».

Фантастика и абсурд только и способны передать весь ужас «безбожного» мира, страдания человека и адские муки творчества.

В маленькой пьесе «Моцарт» с подзаголовком «мини-реквием» лежит дерзкая версия смерти гения. По Иннокентьеву, это Моцарт хотел отравить Сальери, но роковая случайность – переставлены бокалы – и Моцарт выпивает сам  вино, в которое собственной рукой всыпал яд. Дальше все, как известно: Моцарт отравлен, Сальери под подозрением. Почему происходит так?

Моцарт сам объясняет это в своем монологе. Если Пушкин показывает нам Моцарта, каким он был для других, то Иван Иннокентьев делает попытку заглянуть в его душу, в тот ад, в котором пребывает вечно страждущая душа художника. «Безумец, гуляка праздный» платит за озарения душевным покоем и, в конце концов – жизнью.

Жестокий, безумный холодный мир, и вдруг, как мягкое прикосновение теплой руки — сказки Ивана Иннокентьева. Они, возникшие из детских воспоминаний, из памяти о своих близких, из какой-то прапамяти и из любви к своим близким, из нежности к дочери Насте,  как будто создают защитную ауру от разъедающего душу анализа неотвратимого реального мира. В них побеждают герои, с нежной душой и мужественным сердцем, они чутки к красоте мира и движет их поступками совесть.

В сказке «Бесценный дар» маленький Нюргун пригрозил своему щенку Догору,  который не подчинился ему, отдать его Лунной деве. И, о, ужас! Лунная дева возникла перед ними и стала благодарить мальчика за подарок: ведь ей теперь на Луне не будет так одиноко и грустно.

На прощанье дева подарила мальчику волшебный камень, и он мог загадать любое желание, но только одно. Как быть? Он предал друга, а вернув его себе, он обманет деву. И так горько и долго печалился Нюргун, пока в его по-настоящему добром сердце не родилось решение – построить золотой мост до луны. Чудо свершилось и по золотому мосту к Нюргуну спустилась Лунная дева с веселым Догором, поблагодарила мальчика за этот мост, который избавил её от тоски и одиночества. Уходя, она вернула Нюргуну щенка, и не было на свете счастливее мальчика, чем Нюргун.

             И добрый разбойник, и маленький великан, и искусные мастера, и простые люди, добротой своей и любовью к красоте, побеждающие злых тиранов, и милый карлик с букетом полевых цветов, обессмертивший великого хана – все это образы человечности, которой сегодня, увы, нам так не хватает. 

             Удивительно, но факт: читая Иннокентьева, убеждаешься, что в современной литературе не умерла тема служения Отечеству и равенства всех  людей перед Богом. Сам писатель говорит о том, что он был бы счастлив жить при социализме, но при «нормальном». А в нормальный социализм он верит так же, как и верит в нормальный коммунизм.  В то же время верит в искру Божью и в высшую справедливость.

               Лучшие из советских людей не были стяжателями, а ныне простая человечность может обернуться бедой – время такое. Иннокентьев ненавидит тоталитаризм и жестко характеризует его в своих антиутопиях, рисуя модель дисгармоничного общества, живущего по своим законам, противоречащим здравому смыслу, и, как следствие, ведущему к гибели своего народа.

              Человек, по мнению писателя, должен быть готовым к грядущим испытаниям, которые, возможно, ждут нас впереди. Тогда, перед лицом природы современный человек, живущий в компьютерных катакомбах, заменивших ему разум и душу, лишивших его мудрости познания себя и Бога, вряд ли выживет. И поэтому Иннокентьев пишет о страстях человеческих, о вере, о традициях народа, о совести и о долге. («Святой источник», «Человек-дерево», «Маленький великан», «Молодой шаман, батюшка и Рафаэль»)

Он никогда не сворачивал со своего пути и, похоже, никогда не выбирал его, ведь по собственному признанию, начал писать еще неграмотным, в четыре года. Не зная еще букв, переписывал книги. И так этим делом увлекся, что заслужил у домашних прозвище Монах. А в десять лет под впечатлением романа Николая Якутского «Тёлкё» («Судьба») начал писать на якутском языке свой первый роман…  

Его долго не печатали, хотя Иннокентьев и не был диссидентом в чистом виде. Он просто писал, «как дышал». Помните знаменитую песню Булата Окуджавы?.. В журналы его рассказы не брали, в издательстве от него шарахались как от чумного. Хотя в частных беседах  писатели частенько превозносили его вещи до небес.

Главный редактор журнала «Полярная Звезда» Юрий Чертов говорил тогда: «Что ты всё мировые проблемы решаешь, Иван? Напиши о рабочем классе, о достойных людях родной Якутии. Вот тогда напечатаем тебя». Ему как бы вторила даже мать: «Пиши как все нормальные писатели, сынок». А он не мог по-иному. Душа не лежала.

И когда в 1984 году проездом в Русское Устье побывал в Якутске Валентин Распутин, Иван отнёс ему в гостиницу десять своих рассказов. Объяснил, как мог, ситуацию, в которой оказался. Ночью не спал, и спозаранок отправился в гостиницу. Оказалось, что Валентин Григорьевич прочитал его вещи, он встретил молодого писателя очень приветливо. Сказал на всю жизнь запомнившиеся Иннокентьеву слова: «Просто прекрасные мысли, Иван! Но если и дальше так будете писать, готовьтесь к трудной жизни». До Перестройки и Гласности оставалось ещё полтора года…   

Теперь он автор больше десятка книг. Пишет свободно, так поют те, кто петь научился, прежде чем говорить. Его проза артистична. Как-то драматург Василий Харысхал обратил внимание на то, что рассказы Иннокентьева состоят из монологов и представляют собой почти готовую пьесу. Это и натолкнуло писателя обратиться к драматургии. И здесь, «по традиции», его ожидал тернистый путь на сцену.

Главный режиссёр Русского театра Валерий Келле-Пелле скоропостижно скончался, так и не успев поставить на телевидении пьесу «Дар неба». Другой режиссёр, Пётр Колбасин. взял к постановке «Каннибала», но исполнитель главной роли… по срочной телеграмме  уехал с концами на родину. И новоиспечённый автор уже не ждал внимания от театра, когда коллеги ему однажды сообщили, что режиссер Юрий Макаров ставит на сцене Саха театра спектакль по его коротким пьесам.

             Пьесы, сказки, повести и рассказы – в них переплетаются реальность и фантазия. Он никогда не пишет о событиях, свидетелями которых был, никогда не пытается зафиксировать реальность, разве что некоторые события и явления дают толчок его сознанию – рождают мысль. А дальше воображение рисует как будто отвлеченные картины и возникают «рассказы-мысли», в самых различных формах, порой причудливых, то уводящие в мифологическую древность, то в мир мистики или свободной фантазии. Эти миры находятся между недоказуемым «не может быть» и очевидным «вполне возможно».

                 Среди этого разнообразия возникает неожиданная, на первый взгляд, тема, которой посвящен цикл «Рассказы отставного поручика». Когда этот цикл начал печататься в газете, кое-кто из читателей заподозрил Иннокентьева в плагиате, уж больно органично и непринужденно ведет беседы отставной поручик о разных разностях в стиле Куприна или еще кого-то из русских дореволюционных писателей. Иннокентьев смеется по этому поводу: «Я сам не понимаю, откуда это», и рассказывает такую историю.

                  Его прадед по отцовской линии, Иван Быков, был военным в чине поручика. Сосланный из Саратовской губернии в село Мача (тогда Иркутской губернии), женился там тоже на ссыльной. У молодых родилась дочь Прасковья – будущая бабушка Ивана. А дед же его, малограмотный якут-дьячок, в ту пору отправился в Золотую тайгу попытать счастья. Вышел из тайги состоятельным человеком и аккурат под Мачой, женился на дочери ссыльного поручика Быкова и привез ее к себе на родину – в село Чукар, в Нюрбу.

                   Отец Ивана, 1911 г. рождения, окончил Якутскую национальную военную школу, Благовещенскую школу старшего командного состава милиции, активный участник Великой Отечественной войны. Работал начальником милиции в нескольких районах Якутии, адвокатом, юрисконсультом.

              Сам Иван, как вы уже догадываетесь, прошел военную подготовку, старший лейтенант запаса (поручик). Невероятно, но факт: совершенно мирный писатель сочиняет около двух десятков рассказов о военном житии-бытии. И это тоже не простые зарисовки военного быта, это тоже рассказы-мысли – философская проза, и в ней тоже все происходит между недоказуемым «не может быть» и очевидным «вполне возможно».

              Рассказ «Кавалергард и карты» вначале воспринимается как бред обкурившегося гашишем офицера: здесь и одноглазый – слепой на оба глаза, и безрукий карточный шулер, и третий, «которого не было». В финале мы понимаем, что это рассказ об иллюзорности бытия и реальности смерти, между которыми остается только «портрет на фоне Вселенной», образ  кавалергарда «на белом, белее снега, коне», у которого всего-то и есть, что этот конь, мундир и воинская честь. А вся жизнь его есть мелькание образов в сознании того, кто на берегу Стикса грезит в ожидании где-то задержавшегося Харона.

В рассказе «Еще был жив Пушкин» диалог о пушкинской дуэли, сотканный из пауз, недомолвок и переосмысленных реплик вокруг вопроса «жив ли еще Пушкин?», заставляют нас воспринимать это событие в нескольких планах. И когда сквозь серое, в хлопьях снега, небо прорываются лучи солнца, последняя фраза «Пушкин еще был жив» становится озарением, благодаря возникшей метафоре: Пушкин – Солнце… Отставной поручик знал, чем был Пушкин для России.

           Память предков, воспитание, хорошая домашняя библиотека, великие учителя: Акутагава, Амброз Бирс, Всеволод Гаршин, Леонид Андреев, Александр Грин, двуязычие, журналистское образование – это условия, в которых формировался писатель Иван Иннокентьев.

          Я спросила у него, почему он не пишет на якутском языке, оказалось  –  иногда пишет. В школьные годы сочинял стихи и публиковал их в газете, а сейчас рассказы-воспоминания о людях, с которыми общался на якутском языке, пишет по-якутски: о певце Николае Баскарове, об известном журналисте Павле Никитине. Вообще очень хорошо знает и любит якутскую литературу, гордится уникальным, богатейшим, мощным родным языком. Мама писателя прекрасно говорила на якутском, и на девяностом году жизни, когда ослабло её зрение, Иван читал и перечитывал ей вслух книги любимых писателей: Николая Якутского, Далана, Эрэлика Эристина, из современных – Николая Лугинова.

            Но писать по-якутски свои пьесы и рассказы-мысли он не решается, считает, что у него получится слабовато. И все же, в его творчестве все отчетливее и настойчивее звучит якутская тема. Его рассказы «Мольба», «Древо», «Побратимы» и другие не только и не столько сюжеты из якутской древности, сколько философские притчи, которые, к тому же, так образны и выразительны, что могут послужить основой киносценариев и инсценировок. А ритмика этих произведений такова, что они могут быть спеты.

В рассказе «Мольба» внутренний монолог молящего госпожу-хотун, жену своего тойона, о великой услуге звучит отчаянием и никому не нужным раскаянием. Перед внутренним взором боотура проходит вся его жизнь в битвах, в бессмысленной жестокости, в стремлении к наживе – жизни без веры в своего господина, без осознания правоты своих деяний. Монолог госпожи, которая готовится «к прощанию и встрече» со своим дорогим мужем – это торжественная речь перед самым главным событием в своей жизни и демонстрация презрительного отношения к просящему.

 В эти два интонационных потока, в которых клокочут образы прожитой жизни, вплетается третий: «монолог коня». Его в рассказе нет, но он вполне мог бы быть, потому что мы понимаем по нескольким деталям, «о чем думает и что чувствует» конь хозяина, приготовившийся сопровождать своего господина в иной мир. Медленно спускаясь в могилу своего мужа, госпожа величественным жестом дает разрешение молящему покончить жизнь самоубийством.

 Хотун шепчет что-то на ухо коню. Последней мыслью ее было, что этот человек – правая рука своего господина, все-таки оказался предателем. Эта история, написанная как фрагмент олонхо, становится открытием истинного смысла древнего ритуала: погребение заживо, возможно, торжественно и почетно, но для этого нужно быть верным и спокойно идти до конца по пути, назначенному Небом.

В рассказе «Молодой шаман, батюшка и Рафаэль» неразрешимая задача, поставленная перед кузнецом – искусным художником, сводит его с ума. Ему заказаны одновременно бубен для молодого сильного шамана и икона Богоматери для православной церкви. Изобразив эту икону на великолепно изготовленном бубне, мастер создал нечто пугающее. На эту икону нельзя было молиться, в этот бубен нельзя ударить…

Не знаю, одобрит ли это Иван Иннокентьев, но я считаю, что он готовый драматург для Театра Олонхо.

Иван Иннокентьев органично входит в многообразную, многоязыкую  литературу нашей республики. Его проза и драматургия своими темами, образами, идеями могут обогатить и другие виды искусства.

Его путь –  как древо. Он идет от своих корней, и поднимается к вечно синему Небу, и оно дарует ему талант, силу и счастье быть сыном своей земли.

Подготовила А.И.Гоголева

 72 total views,  2 views today

от admin